ЭКСПЕРТНОЕ МНЕНИЕ

Оцените персональные взгляды нашей команды на бизнес

Подробнее +

Украинский рынок вина продолжил негативные тенденции прошлого года — производство продолжает сокращаться, прогнозы до конца года также неутешительны — падение на уровне 30%

За шесть месяцев 2012 г. производство винодельческой продукции в сравнении с аналогичным периодом 2011 г. сократилось на 25%, до 6144,1 тыс. дал (по данным Госкомстата, которые приводит ассоциация «Виноградари и виноделы Украины», АВВУ). В наибольшей степени пострадала столовая группа вин, которая только начала завоевывать своего покупателя. Ее показатель снизился на 27%, до 4069,6 тыс. дал. А производство десертных и крепленых вин сократилось на 21%, до 2074,5 тыс. дал.

Как отмечает директор ассоциации «Виноградари и виноделы Украины» Сергей Михалечко, падение общего уровня платежеспособности населения в совокупности с нестабильной ситуацией в виноградарско-винодельческой отрасли, вызванной рядом законодательных инициатив, привело к значительному падению рынка вина в Украине.

Как отмечает начальник отдела анализа рынков аналитического департамента Pro-Consulting Елена Цапук, уже с 2011 г., после многолетнего роста, объемы производства вина в Украине начали сокращаться. В январе-апреле 2011 г. по сравнению с январем-апрелем 2010 г. производство виноградного вина уменьшилось на 36%, до 5306,9 тыс. дал. В частности, в апреле 2011 г. по сравнению с апрелем 2010 г. производство виноградного вина уменьшилось на 43,8%, или на 1239,6 тыс. дал. В целом по итогам 2011 г. производство сократилось по сравнению с аналогичным периодом 2010 г. на 42,5%, до 17003,9 тыс. дал. В январе-марте 2012 г. по сравнению с январем-мартом 2011 г. этот показатель уменьшился на 26,1%, до 2787,2 тыс. дал.

«На рынок вина в конце 2010 г. и середине 2011 г. оказали влияние сразу несколько факторов. Во-первых, в этот период отмечался высокий уровень неурожайности. Украинским производителям не хватало собственного сырья для обеспечения поставленных производственных планов. Во-вторых, наблюдалось резкое снижение покупательной способности украинского населения. В-третьих, стоимость виноградного вина, произведенного в стране, стала достигать уровня цен зарубежной продукции»,— отмечает Елена Цапук. По данным Pro-Consulting, за прошлый год нарастили производственные показатели только два предприятия — «Инкерман» и «Шабо».

Так, объем продаж Инкерманского завода марочных вин за прошлый год вырос на 34% — до 18,96 млн. л по сравнению с 2010 г. В 2011 г. по сравнению с 2010 г. производство продукции компании «Шабо» выросло в 1,5 раза, а реализация — в 1,4 раза.

Этот год, по прогнозам аналитиков и участников рынка, также покажет сокращение производства виноградных вин. «Учитывая все факторы, можно прогнозировать, что отечественный рынок вина сократится в 2012 г. порядка на 30%»,— прогнозирует Елена Цапук.

Как отмечает директор по развитию Kreston GCG Андрей Попов, что касается прогноза, то, во всяком случае, по сырью он благоприятен — прошлый год оказался удачным для украинских виноградарей и виноделов как по объему, так и по качеству собранного винограда.

«Сильная конкуренция со стороны иностранных производителей не исчезла, однако эффект слепого доверия ко всему заграничному у украинского потребителя постепенно проходит. Ведь и среди иностранных вин среднего и эконом-сегмента, продаваемых в Украине, далеко не все марки отличаются высокими потребительскими характеристиками, особенно в соотношении «цена-качество»,— говорит он.

Анастасия Арасланова

Food UA, 24 июня 2012г.

Подробнее +

Приобретая три шахты в России, ДТЭК планирует заполнить нишу на европейском рынке антрацитов размером 2,5 млн. тонн угля в год, появившуюся после закрытия шахт в Англии и Германии.

 
Недавно ООО “Донбасская топливно-энергетическая компания” (ДТЭК) закрыла сделку по приобретению 100% уставного фонда ОАО “Шахтоуправление (ш/у) “Обуховская” и 100% ОАО “Донской антрацит” с входящими в его состав 66,7% акций ООО “Сулинантрацит” (все — Ростовская обл., РФ). 
 
Сумма, уплаченная ДТЭК за эти активы, не была официально названа. По мнению аналитиков, она могла составить от 40 до 100 млн. долларов. “Это перспективные объекты со значительными запасами угля хорошего качества. Тем не менее, их основные фонды весьма изношены, а финансовое состояние их бывшего владельца — ООО “Ростовский антрацит” — довольно сложное. Поэтому стоимость сделки едва ли могла превысить 40 млн. долларов”, — считает директор по развитию АК Kreston GCG Андрей Попов.
 
В свою очередь аналитик ИГ “АРТ КАПИТАЛ” Станислав Зеленецкий полагает, что ДТЭК эти активы обошлись значительно дороже. “По размерам запасов и объемам добычи эти шахты подобны украинской Coal Energy, акции которой торгуются на уровне x1.75 по EV/Reserves. Исходя из этого, а также учитывая непубличность данных активов, стоимость сделки могла колебаться на уровне 100 млн. долларов, в зависимости от премии за контроль”, — уточняет он.
 
Реализовать потенциал
 
Напомним, что ныне ДТЭК является крупнейшим отечественным энергохолдингом, объединяющим ряд предприятий по добыче и обогащению угля, а также по производству и реализации электроэнергии. Прежде угольный сегмент её бизнеса был представлен только украинскими активами, в частности — ПАО “ДТЭК Павлоградуголь”, ПАО “ДТЭК Шахта Комсомолец Донбасса”, ООО “ДТЭК Ровенькиантрацит”, ООО “ДТЭК Свердловантрацит” и ООО “ДТЭК Добропольеуголь”. При этом в 2011 году доля этих компаний в общем объеме угледобычи страны составила 47,2%, а в нынешнем году, согласно планам ДТЭК, достигнет 50%.
 
Тем не менее планы по покупке шахт в Ростовской области ДТЭК вынашивала еще с 2008 года. Тогда она уже почти стала владельцем ЗАО “Шахта им.Чиха”, но из-за глобального кризиса вынуждена была свернуть этот инвестпроект. В 2009 году генеральный директор ДТЭК Максим Тимченко подтвердил, что компания по-прежнему сохраняет интерес к угольным активам этого региона и в среднесрочной перспективе будет рассматривать возможности их приобретения.
Однако дело сдвинулось лишь в апреле нынешнего года. Так, в начале месяца стало известно, что ДТЭК ведет переговоры о покупке ростовских шахт Михаила Гуцериева — ш/у “Обуховская” и “Донской антрацит”. Они, наряду с другими юридическими лицами, еще в 2011 году с целью продажи были выведены из состава холдинга “Русский уголь” в отдельную компанию — “Ростовский антрацит”. В конце месяца ДТЭК получила разрешение на сделку в Комиссии по защите конкуренции Сербии, а несколькими днями позже — в Антимонопольном комитете Украины (АМКУ).
 
Согласно данным пресс-службы ДТЭК, совокупные промышленные запасы угля всех приобретенных активов эксперты оценивают в 136 млн. тонн. Наиболее перспективным и мощным из них является ш/у “Обуховская”. Оно располагает двумя рабочими пластами, из которых разрабатывается ныне лишь один. Его балансовые запасы составляют не менее 90 млн. тонн угля. К тому же по качеству он является лучшим пластом Гуково-Грязновского угольного месторождения. Он содержит высокоуглеродистый антрацит с материнской зольностью 4-5% и содержанием серы менее 1%.
 
Проектная мощность ш/у “Обуховская” и входящей в его состав обогатительной фабрики составляет 3 млн. тонн угля в год. Компания “Донской антрацит”, которая эксплуатирует шахту “Дальняя”, и “Сулинантрацит”, располагающая законсервированной шахтой №410, являются куда менее крупными активами.
 
Следует отметить, что, несмотря на значительный промышленный потенциал, по итогам 2011 года совокупный объем угледобычи на всех трех шахтах не превысил 0,5 млн. тонн. Однако, как сообщила пресс-служба ДТЭК, компания планирует довести этот показатель до 2 млн. тонн в год. При этом эксперты затрудняются прогнозировать, в какие сроки ДТЭК удастся достичь этой цели и какие инвестиции для этого потребуются.
 
Освоить рынки
 
Незадолго до состоявшейся сделки руководство ДТЭК заявило о планах компании в этом году увеличить объем угледобычи на украинских шахтах до 40 млн. тонн. Если же ДТЭК удастся в ближайшее время осуществить также и свои планы по росту объема угледобычи на ростовских шахтах до 2 млн. тонн, в распоряжении компании окажется не менее 42 млн. тонн угля в год.
 
Между тем, по данным Зеленецкого, еще до приобретения ростовских шахт ДТЭК использовала для собственных нужд менее 2/3 угля собственного производства. “ТЕС, входящие в структуру ДТЭК, суммарно потребляют не более 25-26 млн. тонн угля, или 63-65% от совокупного объема угледобычи компании в Украине, — уточняет эксперт, — поэтому остальные 35-37% идут на продажу. До сих пор почти 9,5 млн. тонн (23-25%) компания сбывала на внутреннем рынке, а еще примерно 4,5 млн. тонн (12%) — поставляла на экспорт”.
 
Вполне очевидно, что дополнительные объемы угля, которые получит ДТЭК, будут реализованы внешним потребителям. Это подтвердили и в самой компании. Так, в пресс-службе ДТЭК отмечают, что приобретение шахт “Обуховская” и “Дальняя”, располагающих запасами низкосернистого угля, даст возможность компании обеспечить спрос на высокосернистый уголь, добываемый на шахтах “ДТЭК Ровенькиантрацит” и “ДТЭК Свердловантрацит”.
 
“Использование того и другого вида угля позволит создать продукт экспортного качества, полностью соответствующий нормативам Евросоюза по уровню содержания серы (менее 1%), — поясняют в пресс-службе. — В результате ДТЭК сможет удовлетворить потребность европейского рынка в антрацитах в объеме до 2,5 млн. тонн в год, возникшую после закрытия шахт в Англии и Германии”.
 
Таким образом, по мнению Зеленецкого, уже в нынешнем году ДТЭК может увеличить объем экспорта угля до 6 млн. тонн, а доля поставок на внешние рынки в совокупном объеме угледобычи компании может возрасти до 15%. “Впрочем, все будет зависеть от того, насколько быстро ДТЭК удастся нарастить объемы добычи на российских шахтах”, — отмечает эксперт.
 
Как считает Попов, для ДТЭК эффект от приобретения этих активов освоением рынка Европы не ограничится. “Действительно, в докризисный период емкость европейского рынка антрацита составляла примерно 7-7,5 млн. тонн в год. И поскольку шахты в Англии и Германии давно закрыты, захват 1/3 этого рынка путем поставок низкосернистого антрацита вполне реален. Однако компания также может увеличить поставки антрацита в Турцию и на рынок Юго-Восточной Азии”, — подчеркивает он.
 
Наряду с этим, как прогнозирует Попов, ДТЭК также сможет выйти и на энергетический рынок России. “Сейчас компания ведет переговоры с “Газпромом” о поставках угля на принадлежащие ему тепловые электростанции. И в случае достижения определенных договоренностей вполне возможно, что часть угля с ростовских активов ДТЭК будет оставаться в России”, — указывает эксперт.
 
И наконец, по его мнению, российский уголь позволит ДТЭК устранить периодически возникающий сезонный дефицит энергетического угля в Украине. “В состав ДТЭК входят огромные энергогенерирующие мощности: “ДТЭК Востокэнерго” (Зуевская, Кураховская и Луганская ТЭС), “ДТЭК Днипроэнерго” (Криворожская, Приднепровская и Запорожская ТЭС), “ДТЭК Захидэнерго” (Бурштынская, Ладыжинская и Добротворская ТЭС), а также “Киевэнерго” (ТЭЦ-5 и ТЭЦ-6), — напоминает Попов. — В холодное время года этим генерирующим компаниям периодически не хватает объемов угля, добываемого на украинских шахтах ДТЭК. И в таких случаях компания вполне может организовать дополнительные поставки угля со своих российских шахт”.
 

Так или иначе, ДТЭК легко сможет найти применение для 16-17 млн. тонн угля, производимых компанией, но не используемых на её энергогенерирующих активах.

 

Подробнее +

Детальный план создания Государственного земельного банка, разработанный совместно Национальный банком, Государственным агентством земельных ресурсов и Министерством аграрной политики и продовольствия, в ближайшее время будет передан на рассмотрение в правительство.

 
План, в частности, предполагает создание Государственного земельного банка не на базе какого-либо финансового учреждения, а как отдельного самоокупаемого института, сообщил вчера глава Госземагентства Сергей Тимченко. Банк будет выполнять функции по управлению землями государственной собственности, включая консолидацию, куплю-продажу, обмен и сдачу участков в аренду, а также финансово-кредитные функции. По плану, финучреждение будет предоставлять льготные кредиты сельхозпроизводителям под залог наделов по ставке 8-9% годовых.
 
Разработанная модель зембанка не предполагает его финансирование лишь за счет государственного бюджета. Предусматривается, что источником дохода будут операции с землями госсобственности. Казенными гектарами наполнят и уставный капитал банка.
 
Глава Госземагентства уточнил, что Государственный земельный банк сможет начать работу только после внедрения рынка земель сельхозназначения. А, как известно, до 1 января 2013 г. в Украине действует мораторий на куплю-продажу сельхозземель, для снятия которого необходимо, в частности, принять закон о рынке земли.
 
Мнения экспертов относительно целесообразности создания земельного банка разделились. По мнению директора по развитию сети независимых аудиторских компаний Kreston GCG Андрея Попова, с кредитно-банковской точки зрения, основание специализированного земельного банка нецелесообразно. К сожалению, в реалиях Украины отраслевая специализация банка приводит к его непрозрачности, приоритету административных соображений над рыночными, снижению качества кредитного портфеля и как следствие — краху финучреждения.
 
«К слову, в нашей стране уже был один крупный аграрный банк: до 70% кредитного портфеля обанкротившегося АКБ «Украина» приходилось на кредиты аграрным предприятиям»,— напоминает собеседник «і».
 
В то же время в стране и так достаточно банков с развитыми филиальными сетями. Есть среди них и такие, которые готовы кредитовать сельское хозяйство. И если будут отработаны механизмы передачи земли в залог и прочая нормативно-правовая база финансирования аграрного сектора, то коммерческие банки под контролем правительства и Нацбанка справятся с подобной задачей лучше, чем неповоротливая государственная структура. Кроме того, удастся избежать значительных административных расходов на развертывание нового госучреждения.
 
К тому же, кредитовать аграриев на заявленные 8-9% годовых в нынешней ситуации просто нереально. Ведь подобная процентная ставка возможна лишь при условии значительных дотаций из бюджета, который не в состоянии обеспечить необходимых вливаний без дополнительной эмиссии. Что обернется очередным раскручиванием маховика инфляции.
 
Соглашается с коллегой старший аналитик ИК «Тройка Диалог Украина» Константин Фастовец. «Во-первых, на данный момент не совсем понятно, каков будет механизм функционирования подобного финучреждения. Но ясно то, что без существенных дотаций из госбюджета банк работать не сможет, как и то, что о самоокупаемости не может быть и речи. Окупиться проект может лишь при условии работы финучреждения на рыночных основаниях. Но в таком случае, чем другие участники рынка хуже еще не существующего госбанка?» — вопрошает он. По его словам, целесообразно передать кредитно-денежную функцию создаваемого учреждения одному из существующих государственных банков, а все остальные (из заявленных функций) оставить за Госземагентством.
 
«Заработать Государственный земельный банк реально сможет лишь при условии функционирования рынка земли. Однако пока четких индикаторов того, что с 2013 г. будет отменен мораторий на куплю/продажу сельхозземель, нет. И скорее всего, до выборов этот вопрос решен не будет из-за его социальной непопулярности»,— добавил господин Фастовец.
 
Вместе с тем, как считает Максим Копейчиков, партнер ЮФ «Ильяшев и Партнеры», при его создании на базе существующего финучреждения зембанк может быть уязвим с точки зрения ретроспективных рисков. «И хотя над функционалом финучреждения, несомненно, еще будут работать, неправильно, если доходы от земель государственной формы собственности будет получать лишь банк как коммерческое учреждение, а не государственный бюджет»,— уверен он.
 

Что касается процентной ставки на уровне 8-9%, то она превышает аналогичные процентные ставки европейских, американских и азиатских банков, являясь несколько большей, чем та, по которой бизнес с удовольствием будет привлекать кредиты в долгосрочные проекты. Вместе с тем, считают аналитики ИГ «Арт-Капитал», если правительство выдает ипотечные кредиты по госпрограмме под 3%, то кредиты под 8-9% на развитие сельского хозяйства вполне реальны.

Руслан Кисляк

«Экономические известия», 22 июня 2012г.

Подробнее +
Группа “Донецксталь” не прогадает, решив увеличить к 2014 году мощность Вентспилского угольного терминала: рынки легко поглотят дополнительный объем угля.
 
В мае руководство Baltic Coal Terminal (Вентспилс, Латвия), совместного предприятия шахты “Заречная” (Кемеровская область, Россия) и Вентспилского торгового порта, заявило о намерении завершить строительство и ввод в эксплуатацию второй очереди угольного терминала. После реализации проекта объем перевалки угля на Baltic Coal Terminal, который в 2011 году достиг 4,079 млн. тонн, превысит ежегодные 10 млн. тонн. 
 

Выход к морю

Напомним, что Baltic Coal Terminal и шахта “Заречная” входят в состав ООО “Угольная компания (УК) “Заречная”. Также структурными подразделениями компании являются ОАО “Шахта “Алексиевская”, три строящиеся шахты — шахтоуправление “Карагайлинское”, ООО “Шахта “Сибирская” и участок “Поле шахты “Кузнецкая”, а также обогатительная фабрика “Спутник”.

 
Каждая из этих шахт обладает балансовыми запасами 90-150 млн. тонн угля различных коксующихся и энергетических марок, в частности Г, Д и Ж. Их проектные мощности позволяют ежегодно добывать не менее 5-6 млн. тонн угля. Пока шахта “Заречная” ежегодно выдает на гора почти 4,5 млн. тонн, шахта “Алексиевская” — около 1 млн. тонн, “Карагайлинское” — около 60 тыс. тонн угля.
 
Как известно, УК “Заречная” является основным угледобывающим активом отечественной группы “Донецксталь” Виктора Нусенкиса, которой в Украине принадлежат ЧАО “Донецксталь” — металлургический завод”, крупнейший добытчик коксующегося угля марки К — шахтоуправление “Покровское” (7 млн. тонн), ПАО “Ясиновский коксохимический завод”, ЧАО “Макеевкокс” и другие предприятия.
 
Отметим, что УК “Заречная” продает на внешних рынках более 90% добываемого угля. И именно для обеспечения доставки кемеровского сырья в страны Европы и Азии компания построила крупнейший в Латвии специализированный угольный терминал закрытого типа — Baltic Coal Terminal.
 
Согласно плану, общая пропускная способность терминала должна была составить 10 млн. тонн угля в год, а склады были рассчитаны на единовременное хранение 240 тыс. тонн угля. Причал будет предназначен для приема и обслуживания судов дедвейтом до 120 тыс. тонн, длиной до 270 метров и максимальной осадкой 15 метров.
 
Напомним, к ноябрю 2008 года строительные работы по возведению первой очереди терминала мощностью 6 млн. тонн в год были завершены, а в середине марта 2009 года она была введена в эксплуатацию. Основную часть средств для строительства первой очереди терминала — 53,6 млн. евро из 75 млн. евро — группе удалось привлечь еще в августе 2007 года. Тогда было начато и сооружение второй очереди мощностью более 4 млн. тонн в год.
 
Первоначально группа намеревалась ввести в строй вторую очередь примерно за 2-2,5 года — к весне-осени 2011 года. База для второй очереди уже была создана — построены фундаменты, железнодорожная инфраструктура, пирс, приобретены вагоноопрокидыватели и устройства для разморозки вагонов. Однако выдержать такой темп не удалось, и завершение проекта было анонсировано только весной 2012 года.
 

“По предварительным оценкам, объем инвестиций, необходимых для возведения второй очереди терминала, составляет примерно 45-50 млн. евро, — поясняет директор по развитию Kreston GCG Андрей Попов, — что, в принципе, не является слишком значительной суммой для бизнеса Нусенкиса. Но, с одной стороны, его украинское крыло, группа “Донецксталь”, в августе 2011 года уже реструктуризировала свою внешнюю задолженность в размере 820 млн. долларов, и привлекать новые займы ей затруднительно. С другой — его российское крыло, ЗАО “Многоотраслевое производственное объединение “Кузбасс”, пользуется благосклонностью российских банков”. Из чего следует, что возможности для привлечения средств на завершение работ по выведению Baltic Coal Terminal на полную проектную мощность инвесторы имеют. По оценкам эксперта, вторая очередь терминала может быть введена в эксплуатацию в 2014 году.

“Впрочем, как благосклонность кредиторов, так и сроки окончательного завершения проекта строительства Baltic Coal Terminal зависят не столько от общей долговой нагрузки бизнеса Нусенкиса, сколько от будущей конъюнктуры на внешних рынках угля”, — подчеркивает Попов. А она, по мнению большинства аналитиков, будет благоприятной.
 

Рынок поглотит

 

Уголь, перегружаемый на Baltic Coal Terminal, владельцы “Донецкстали” экспортировали в страны Западной Европы, а также в Японию и Южную Корею. “Сейчас основными потребителями этого сырья являются Великобритания, Бельгия и Испания, а также Марокко, — уточняет Попов. — А новые объемы угля “Донецксталь” может направить в страны Азии, стремительно развивающие свою металлургию, но не располагающие достаточными объемами этого вида сырья. В частности, в Китай, который является крупнейшим импортером как энергетического, так и коксующегося угля, а также Индию и Турцию”.
 
Аналитик инвесткомпании Concorde Capital Роман Тополюк предполагает, что новыми рынками сбыта для “Донецкстали” могут стать Китай и Индия. Это мнение разделяет и старший аналитик по металлургии инвестгруппы “Арт-Капитал” Дмитрий Ленда. И добавляет, что компания вполне может увеличить объемы реализации и на уже освоенных рынках. “Учитывая, что объем глобального импорта энергетического угля превышает 750 млн. тонн и коксующегося — 250 млн. тонн, а рынки, освоенные “Донецксталью”, являются крупнейшими импортерами обеих видов, они легко поглотят дополнительные 4-6 млн. тонн угля в год”, — уверен эксперт.
 
Это означает, что у компании не только не возникнет проблем со сбытом, но она даже сможет выбирать, на какие рынки направлять дополнительные объемы. И решающим фактором здесь, конечно, будет динамика конъюнктуры. “Сейчас, из-за экономических проблем в Европе и общего замедления темпов роста мировой экономики, цены на уголь снижаются, — констатирует Тополюк. — В частности, если еще год назад цены на энергетический уголь API2 (CIF, порты Antwerpen-Rotterdam-Amsterdam) достигали 120-130 долларов за тонну, то сейчас они снизились до 86 долларов за тонну. Однако на руку российским поставщикам играет, во-первых, девальвация их валюты, которая частино компенсирует потери от снижения цен, а, во-вторых — связанный с удешевлением угля переход европейских электростанций с газа на уголь, который происходит с начала 2012 года, что позволяет увеличивать объемы продаж”.
 
В то же время, как отмечает эксперт, в Японии неработающие атомные энергоблоки в большей степени замещают производством электроэнергии из газа и нефтепродуктов, и в меньшей — ориентируются на уголь. В Южной Корее — наоборот — с целью замещения газа намерены наращивать объемы импорта угля.
 
Что касается долгосрочных прогнозов, то здесь мнения экспертов несколько расходятся. “В ряде регионов уголь не выдерживает конкуренции с подешевевшим газом, что особенно ярко проявляется в США, где цены на уголь приблизились к себестоимости. Это может повлечь за собой сворачивание части запланированных проектов по увеличению объемов добычи угля. И в результате через несколько лет, когда стоимость газа снова вырастет, спрос на уголь восстановится, а вместе с ним — и цены”, — прогнозирует Тополюк.
 
В свою очередь Ленда констатирует, что замедление темпов роста мировой экономики привело к некоторому охлаждению на рынке угля, прежде всего — энергетического. “Однако, по мере преодоления кризиса, конъюнктура будет постепенно улучшаться. Что может подхлестнуть реализацию проектов по освоению новых месторождений. И вследствие этого объем предложения угля на мировом рынке увеличится, а цены — пропорционально упадут”, — предполагает Ленда.
 

Как бы то ни было, эксперты сходятся в том, что к моменту ввода в эксплуатацию второй очереди Baltic Coal Terminal конъюнктура внешних рынков будет, скорее всего, благоприятной. А далее — все будет зависеть от цен на газ и успешности инвестирования в расширение угледобычи.

 

 

 
 
 
 
Вверх